люди пишут под впечатлениями. Когда в голове происходит такое, что просто даёшь этому правильные или не правильные характеристики, вырываешь кусками инфо и складываешь хаотично, несовершенно или подобно тому что там,в твоей голове. А У.Берроуз не стесняясь выкачивал из себя эти переживания под наркотиками.

совершенно лишь то, что ты придумываешь для себя.

где исчезает запах стекла?

твои губы погубили меня,
немножко пригубили.
мои пальцы холодными
были,
тогда..
когда два серых камня,
когда твои глаза..
падали на мою грудь.
тяжёлыми валунами,
попробуй забудь!
по правилам направили,
чувства,
а потом подправили
наши законы.
эрогенные зоны,
серебро...
спрятаные стоны.
для нас тогда,
вселенная,
ходила на цыпочках.
и звёзды словно
свисали на ниточках..
меня ты назвал
королевной, снежной.
или нежной, так небрежно.

забыла, но улыбаюсь прежне!!

вербальные сны пороком нам стали-
промыли мозги, когда мы все спали.
ты в краски запутан, мой человек.
ты слишком окутанный верою в бред.
коснись не ладоней,а целой рукой-
исчезнет погоня,я буду с тобой.
но тоже пьяна,я жизненым ядом
и смерть мне мила и взрывы снарядов...(жизни снаряды)
надень на меня, наручники рая,
я буду твоя любоввь не земная.
нам ласточки будут стелить небеса.
нам ангелы будут творить чудеса.

Серая шкура

волчонок с глазами несущими в даль
листочек зубами нарочно трепал,
облизывал лапы свои от песка,
на шорох рычал, бежал в облака.
бежал и на вой старой собаки
искал материнской повсюду он ласки.
как мама учила, запутал следы,
спускался к реке напиться воды.
инстинкт говорил не играться с едой,
но волчонок ещё был такой молодой.
отбился от стаи он ровно на час,
зная об этом, догнал бы их в раз,
а сейчас он взрослеет наедине.
так судилось ему одному по весне,
одуванчики нюхать и пачкать свой нос,
одному убегать от ужаснейших ос.
но щенок станет волком и сильным бойцом,
а пока вместо морды смешное лицо.
станут крепкими когти и шерсть заблестит,
вот тогда он родные леса навестит.
каждой ночью зверёнок молился луне
и свернувшись клубочком, спал в тишине.
его уши востро - на дороге обман,
но попутным остался старый туман.
желтое солнце гуляет горами
и щекочет глаза своими лучами.
пыль собирал языком от жары
или что б просто не сбиться с пути.
и вот он дошел до лужайки родной
и почувствовал в раз себя сиротой.
охотников рой горизонты чертили,
да и волку на встречу неслись как могилы.
оглянулся вокруг - начертил носом круг,
посмотрел со слезою на мёртвых подруг.
род его, одичавший, весь погубили
и его - сироту не за что подстрелили.
сердце предало волка, когда победили,
когда кровь горяча и глаза не остыли.
ветер туманами пыль поднимал,
солнце лучами прикрыло оскал -
последний, но грустный собачий оскал…
голые стены собою прикроет,
серая шкура, вновь не завоет.

26,02,09, 02:00

Совсем забыла, своё тело,
Что я мертва, лежу,
На этих грязных звёздах.
Скажите мне,
Кому какое дело!?
Мне сердцем служит
Круглая  планета,
Душою  млечный путь.
Растянутой на годы -
Мне бы здесь уснуть.
Ах да, совсем забыла,
Родной мой человечек,
Побудь со мной созвездием Ориона
И целуй. Целуй меня по небосводу,
Везде и всю меня  ласкай.
Забудь что время убегает,
Нет никаких законов!
Целуй мои запястья
И крепко обнимай! Ну да,
Совсем забыла, своё тело,
Что я мертва, лежу,
На этих грязных звёздах.
Скажите мне,
Кому какое дело...

осень, запах.

я теряю контроль, рядом с этой пропастью нервных потоков. Я теряю эпизоды из жизни, касаясь этой руки! До невозможности определённо выбираю эти двери с закрытыми глазами. Невыносимый звон медных труб режет мне слух. Но я холодна. С бледным лицом стою у обрыва, заворачивая за уши солнечные пряди волос. Не шевеля губами, повторяю, что лепечет мне ветер на ухо. И привкус осени искушает мою меланхолию выбраться на волю. Пленяющий запах твой, заставляет покориться тебе, мой враг. Я жду, что отобьётся моё эхо от скал и вернётся. Как всё же режет слух, этот звон медных труб! даже птица готова упасть - но не я.

открываю глаза. Через три удара моего сердца произношу:

- невероятно! Я даже испугалась...

Простите за мои образы)